На полу зеленела трава, а через одно из окон сумела проникнуть березка. Крайняя левая каморка составляла владения крота Эйнара, усынов..
- К этому проклятому Сен-Клеру нельзя питать ни малейшего доверия. - Я думаю, что он близок к иезуитам (*2), - возразил Жюль Ламбер. - Один знакомый ..
Года через три Андрей Тихоныч получал уже по сороку пяти копеек в месяц жалованья. Каким богачом казался он товарищам!..
Я пришел к тебе с приветом
Рассказать, что солнце встало,
Что оно горячим светом
По листам затрепетало...
Вступление
Произведения Афанасия Афанасьевича Фета по праву принадлежат к числу шедевров русской классической поэзии. Поэзия Фета выдержала испытание временем, и в наши дни он является одним из самых читаемых поэтов-классиков. Лично мне этот великолепный поэт пришёлся по нраву.
Когда я впервые прочитал его лирическую пьесу "Шепот, робкое дыханье...", то почувствовал какое-то особое настроение, прилив жизненной силы.
Шепот, робкое дыханье,
Трели соловья,
Серебро и колыханье
Сонного ручья...
По-моему - дивно! Именно это стихотворение стало своеобразным поэтическим "автопортретом". Стихотворение построено на одних назывных предложениях. Ни одного глагола. Только предметы и явления, которые следуют одно за другим безо всякого действия.
Суть поэзии
Любовь, природа и искусство — основные мотивы поэзии Фета. Причудливо переплетаясь между собой, дополняя друг друга, они создают неповторимую поэзию А. А. Фета. В его лирике отчетливо чувствуется слияние внутреннего и внешнего мира.
Как я заметил, при всей конкретности описания природы стихи Фета строятся по-особому: вначале дается пейзаж — зримая картина природы, нарисованная яркими красками и проникнутая определенным настроением, а в конце выражается лирическое чувство героя, раскрывается его внутренний мир.
В дымных тучках пурпур розы,
Отблеск янтаря,
И лобзания, и слезы,
И заря! Заря!...
Поэзия Афанасия Афанасьевича Фета также отличается мелодичностью, музыкальностью. Всему этому помогают яркие эпитеты, присущие поэзии нашего поэта. Читая стихотворения Фета, как будто погружаешься в какой-то необыкновенный мир, мир чудесных звуков, волшебных красок, сказочных картин.
Целый день спят ночные цветы,
Но лишь солнце за рощу зайдет,
Раскрываются тихо листы,
И я слышу, как сердце цветет.
Он видел красоту в земном и обыденном, усматривал идеальное и вечное в повседневном и преходящем. Фет был импрессионистом: неясные зарождающиеся движения души, которые невозможно точно назвать, поэт умел навеять на душу читателя. Источником творчества может стать обычная прогулка, увиденный пейзаж или даже мимолетное настроение.
Мир Фета можно назвать миром “единства противоположностей”, гармоничного их слияния. Это противопоставление образов можно ясно увидеть в словосочетаниях из строчек его стихотворений: «пурпурные тучи», «светлая ночь»... У поэта имеется своеобразная цветовая гамма.
Любовь в лирике
В лирике А. А. Фета немаловажную роль играет тема любви. Создание прекрасных стихов о любви объясняется не только великим даром и особым талантом поэта. В случае с Фетом оно имеет реальное отражение в жизни.
Вдохновением для поэта была его любовь к дочери помещика Марии Лазич. Насколько их любовь была высока и огромна, настолько и трагична. Мария знала, что Фет никогда не женится на ней, ее смерть была темна и загадочна, можно даже предполагать, что это было самоубийство. Чувство вины постоянно преследовало Фета на протяжении всей его жизни. И, может быть, все же переживания о потере своей любимой нашли свое отражение в другом мире Фета — мире лирических переживаний, настроений, чувств, воплощенных в стихотворения. Фет ощущал себя в другом бытии, мире поэзии, где он не одинок, а рядом с любимым человеком. Они снова вместе, и никто не сможет их разлучить.
И хоть жизнь без тебя
Суждено мне влачить,
Но мы вместе с тобой,
Нас нельзя разлучить.
Возможно, смерть любимой девушки раскрыла талант великолепного поэта, который написал такие замечательные стихи любви, полные грусти и тоски и в то же время наполненные радостью, счастьем и жаждой жизни.
Тем временем:
... По всему двору крепко пахло дегтем и кожей. Темными закоулками провела нас девка-чернавка в обширную комнату - в "залу" и, молвив, что хозяин сейчас выйдет, ушла. По убранству комнаты видно было, что Корнила Егорыч - человек домовитый и, разбогатев, из кожи лез, чтоб на славу украсить жилище свое: денег не жалел, все покупал без разбору, платил втридорога, и все невпопад. Отделав стены под мрамор, раззолотил карнизы, настлал дубовый мелкоштучный паркет, покрыл его шелковыми коврами, над окнами развесил бархатные занавеси, а на стену наклеил литографию Василья Логинова, в углу повесил клетку с перепелом, а на окнах между кактусом и гелиотропом в полуразбитых чайниках поставил стручковый перец да бальзамин. Мебель в гостиной за дорогую цену куплена была в Петербурге да еще наперебой с каким-то вельможей; но сшитые из поношенного холста с крашенинными заплатами чехлы снимались с нее только в светлое воскресенье да в хозяйские именины. В великолепных лампах, расставленных по столам и по углам, масла сроду не бывало, да во всем С. и зажигать-то их тогда еще никто не умел. Непривычно Корниле Егорычу ходить по мелкоштучному паркету, не умеет он ни сесть ни стать в комнатах, строенных не на житье, а людям напоказ, робеет громко слово сказать в виду дорогих своих мебелей. Душно ему в своем доме, сбылась над ним пословица: "Своя воля страшней неволи". Осторожно пробираясь меж затейливыми диванами и креслами, ровно изгнанник бежит Корнила Егорыч из раззолоченных палат в укромный уголок, чужому человеку недоступный. Там на теплой изразцовой лежанке ищет он удобств, каких не сыскать в разубранных комнатах. Вот у лежанки стоит сосновый, крепкой водкой травленый стол под ярославской салфеткой; на нем счетная книга, псалтирь и "Московские Ведомости"; у стола стул-складень; привык к нему Корнила Егорыч, еще сидя мальчишкой в чужой лавке. Вот двуспальная кровать с пуховиком, чуть не до потолка и с дюжиной подушек: крепко спится на ней Корниле Егорычу...
