К образам природы А. А. Фет обращался многократно па протяжении своего творческого пути. Описывая природу, поэт передает самые тонкие, почти неуловимые оттенки эмоциональных состояний лирического героя. В этих стихах «жизнь души» обретает полноту и смысл в соприкосновении с природой, а природа обретает свое подлинное бытие в соприкосновении с живой душой, преломившись через «магический кристалл» человеческого восприятия. Знаменитое стихотворение «Я пришел к тебе с приветом...» - страстный, произнесенный на одном дыхании монолог - позволяет не только увидеть все оттенки летнего утреннего пейзажа, по и составить представление о душевных свойствах рассказчика - о богатстве ого эмоциональной жизни, живости восприятие, способности увидеть и выразить красоту мира. В другом известном стихотворении «Шепот, робкое дыханье...» состояние человека развивается параллельно состоянию природы: Шепот, робкое дыханье, Трели соловья, Серебро и колыханье Сонного ручья... В стихотворении нет НИ одного глагола, и все-таки оно наполнено движением. Отрывочные образы (жизнь сердца, жизнь природы) складываются, как стеклышки мозаики, в единую картину: Свет ночной, ночные тени, Тени без конца, Ряд волшебных изменений Милого лица... Фет не описывает целостную картину, а даст несколько точных мазков, с тем чтобы «смешение красок» в единый «тон» произошло в воображении читателя. Многие произведения Фета посвящены теме весны («Уж верба вся пушистая...», «Еще весна, - как будто неземной...», «Что за вечер! А ручей...», «Еще весны душистой нега...» и другие). В них, как и всегда у поэта, образы природы сопоставлены с переживаниями, психологическим настроем человека. Весна вызывает душевный подъем, состояние восторженности, влюбленности в жизнь, поэтому лирический герой стремится «остановить мгновенье», выразить невыразимое, поделиться с миром своими «живыми снами»: Это утро, радость эта, Эта мощь и дня и света, Этот синий свод, Этот крик и вереницы, Эти стаи, эти птицы, Этот говор вод... В монологе рассказчика нет ни одного глагола - излюбленный прием Фета, но здесь также нет ни одного определяющего слова, кроме местоименного прилагательного «это» («эти», «этот»), повторенного восемнадцать раз! Отказываясь от эпитетов, автор словно признается в бессилии слов. Лирический сюжет этого короткого стихотворения основан на движении глаз рассказчика от небесного свода - к земле, от природы - к жилищу человека. Сначала мы видим синеву неба и птичьи стаи, затем звучащую и цветущую весеннюю землю - ивы и березы, покрытые нежной листвой («Этот пух - не лист...»), горы и долы. Наконец, звучат слова о человеке («...вздох ночной селенья»). В последних строках взгляд лирического героя обращен внутрь себя, в свои ощущения («мгла и жар постели», «ночь без сна»). Для человека весна связана с мечтой о любви. В эту пору в нем пробуждаются творческие силы, позволяющие «парить» над природой, сознавать и ощущать единство всего сущего: Эти зори без затменья. Этот вздох ночной селенья, Эта ночь без сна, Эта мгла и жар постели, Эта дробь и эти трели, Это все - весна. В поэтическом мире Фета важны не только зрительные образы, но и слуховые, и обонятельные, и осязательные. В стихотворении «Это утро, радость эта...» рассказчик слышит «говор вод», крик и заливистое пение птиц («дробь» и «трели», «зык» и «свист»), жужжание пчел и мошкары. Особое внимание к «музыке мира» можно обнаружить в большинстве произведений поэта. Фет вообще один из самых «музыкальных» русских поэтов. Поэт насыщает свои произведения гармоничными звуками, мелодичными интонациями. Автор искусно использует звукоподражание - так, множество свистящих и шипящих звуков в последних строках второй строфы («Эти мошки, эти пчелы, / Этот зык и свист...») позволяет не только представить, но и в какой-то мере «услышать» живую музыку лугов, а предпоследняя строка стихотворения («Эта дробь и эти трели...»), благодаря скоплению звуков «др», «тр» как бы воспроизводит звучание птичьих стай. Фетовский лирический герой не желает знать страданий и скорби, думать о смерти, видеть социальное зло. Он живет в своем гармоничном и светлом мире, созданном из волнующих своей красотой и бесконечно разнообразных картин природы, утонченных переживаний и эстетических потрясений.
Тем временем:
... После Зевса в почете была еще богиня Афина - в честь ее и был назван город. Была такая кукла большая высечена из камня и поставлена на главной площади. На голове у нее был большой шлем, и в руке было золотое копье. Учили про эту богиню, что она научила народ мудрости. И стал припоминать Сократ все, что учили про нее. И тоже, когда он разобрал дело, то увидел, что и от этой богини выучиться нечему. По рассказам была эта Афина хитрая и жестокая, помогала своим любимцам, а другим вредила без вины. И учили еще, что Афина эта узнала раз, что одна девушка-гречанка прядет и ткет не хуже ее самой, то так раздосадовалась на девушку-мастерицу, что обернула ее в паука и велела ей век прясть. Про других богов учили про такие же плохие дела. Назывались боги богами, а дела их были человеческие, да еще часто плохие. И подумал Сократ: "Нет! эти боги не настоящие, и через них не узнаешь, как человеку жить. Эти боги такие же слабые, как и мы, люди, они сами поступают не по правде, от них не научишься отличать добро от зла. А настоящий Бог должен быть праведен и научить человека, как ему жить". И стал искать Сократ такого Бога. Не год и не два мучился Сократ, и не давали ему мысли покоя ни днем, ни ночью. Но прошло время, и открылось Сократу то, чего он искал. Узнал он того Бога, которого искал и которого не знали греки, и нашел он Его ни где-нибудь, а в своей совести. Пока искал Сократ этого Бога праведного, случалось с ним не раз и не два, ночью и днем, когда задумается Сократ и хочет такое или другое дело сделать, вдруг слышит голос у себя в душе. Если хорошее дело, голос говорит: "Делай, Сократ"; если дурное, голос говорит: "Не делай, Сократ". И привык Сократ прислушиваться к этому голосу. И голос все чаще и чаще говорил Сократу. И все, что он говорил Сократу, была правда. И подумал Сократ: "Если хорошее голос говорит, кто это говорит мне? Не я сам, а кто-то другой, - кто ж это? Голос этот всегда говорит правду. Научает он меня жить праведно, и потому знаю, что этот голос Божий". И голос этот стал Сократ называть Богом...
