Поэзия Фета - сама природа, зеркально глядящая в человеческую душу (Бальмонт)
Для поэта-идеалиста его творчество, его стихи - это им созданный мир, в котором живет он сам, его мечты, его чувства, где необыкновенная красота природы и любовь порой соседствует с печалью, разлукой. Однако этот мир остается прекрасным, нетронутым невзгодами, проблемами реальной жизни, он остается надежным убежи-щем от этих невзгод, огороженным границами романтичной фантазии автора. В поэзии А. А. Фета главными темами являются темы природы, красоты, любви. Фет, как представитель чистого искусства, считал, что поэзия призвана воспевать прекрасное и не должна никаким образом вмешиваться в политику. В довольно узкий, но прекрасный и изящный мир поэта не могла проникнуть грязь жизни, ее проза и зло. Философия его творчества оптимистична, несмотря на некоторые мотивы грусти и печали. Его поэзия жизнерадостна, легка и гармонична. За внешней простотой открываются неповторимость и естественная красота, которые составляют основную прелесть его творений - любовь и гармонию. Стихи А. А. Фета показывают прекрасный и чистый мир природы, ее безыскус-ную красоту и свежесть. Стихотворения, посвященные природе отличаются необычай-но наблюдательностью и реализмом, с которым автор описывает пейзажи. Описания природы разнообразны, неодинаковы; они открывают разные ее стороны, неуловимые оттенки, движения души поэта, переданные словами. Особенно часто в своих произведениях на тему природы Фет рисует картину времени года весны и времени суток утра как время пробуждения после долгого сна. Утро и весна - словно глоток свежего воздуха, словно рождение новой жизни!
Это утро, радость эта, Эта мощь и дня и света, Этот синий свод, Этот крик и вереницы, Эти стаи, эти птицы, Этот говор вод…
В каждом слове слышится пение птиц, шум ручья. Каждая строчка наполнена ярким солнечным светом, запахом трав и цветов. Простое волшебство, с которым автор открывает перед нами завесу серых будней и показывает чудесную картину природы, заставляет изумляться тому, какое удивительное воздействие оказывают эти строки, когда читаешь:
Я пришел к тебе с приветом Рассказать, что солнце встало, Что оно горячим светом По листам затрепетало;
Рассказать, что лес проснулся, Весь проснулся, веткой каждой, Каждой птицой встрепенулся И весенней полон жаждой...
Этот мир состоит из частей, на первый взгляд незаметных или привычных нам: травинка, цветок, ручей, солнце, трели птиц; автор же стремится пробудить в читателе новую грань отношения человека с природой. Напоминая о красоте вокруг нас, Фет призывает взглянуть на этот прекрасный мир вновь и почувствовать все то, что чувствует сам автор, то, что его переполняет и что он так стремится излить в душу читателя. Любовь, природа, поэзия - эти понятия для Фета является родственными, они выражают сущность бытия, ее смысл. Поэт, раскрывая прекрасные черты в природе и человеке, проводит определенную параллель между той природой, которая нас окружает и той природой, что таится внутри каждого из нас - это природа человеческой души, и, действительно, в них можно найти много общего. При этом автор ставит совершенную красоту и мудрость природы в пример как идеал, к которому душой необходимо стремиться.
Несмотря на то, что современники Фета считали его "второстепенным" поэтом, не воспринимая его творчество и считая его поэзию не отвечающей духу времени, стихотворения этого великого поэта, дойдя до нашего времени, не потеряли актуальности и своего значения в русской литературе. Не менее важной его поэзия является и в эстетическом плане, воспитывая в читателях умение понимать и любить всю красоту мира вокруг нас, призывая вглядеться вглубь этой красоты, прочувствовать и насладиться ею. Поэзия Фета - сама природа, зеркально глядящая в человеческую душу.
Тем временем:
... Даже служанке надоел. Вчера заходил приятель: "У тебя, говорит, слог меняется, рубленый. Рубишь, рубишь -- и вводное предложение, потом к вводному еще вводное, потом в скобках еще что-нибудь вставишь, а потом опять зарубишь, зарубишь..." Приятель прав. Со мной что-то странное происходит. И характер меняется, и голова болит. Я начинаю видеть и слышать какие-то странные вещи. Не то чтобы голоса, а так как будто кто подле: "Бобок, бобок, бобок!" Какой такой бобок? Надо развлечься.
______________
Ходил развлекаться, попал на похороны. Дальний родственник. Коллежский, однако, советник. Вдова, пять дочерей, вое девицы. Ведь это только по башмакам, так во что обойдется! Покойник добывал, ну а теперь -- пенсионишка. Подожмут хвосты. Меня принимали всегда нерадушно. Да и не пошел бы я и теперь, если бы не экстренный такой случай. Провожал до кладбища в числе других; сторонятся от меня и гордятся. Вицмундир мой действительно плоховат. Лет двадцать пять, я думаю, не бывал на кладбище; вот еще местечко! Во-первых, дух. Мертвецов пятнадцать наехало. Покровы разных цен; даже было два катафалка: одному генералу и одной какой-то барыне. Много скорбных лиц, много и притворной скорби, а много и откровенной веселости. Причту нельзя пожаловаться: доходы. Но дух, дух. Не желал бы быть здешним духовным лицом. В лица мертвецов заглядывал с осторожностью, не надеясь на мою впечатлительность. Есть выражения мягкие, есть и неприятные. Вообще улыбки не хороши, а у иных даже очень. Не люблю; снятся. За обедней вышел из церкви на воздух; день был сероват, но сух. Тоже и холодно; ну да ведь и октябрь же. Походил по могилкам. Равные разряды. Третий разряд в тридцать рублей: и прилично и не так дорого. Первые два в церкви и под папертью; ну, это кусается. В третьем разряде за этот раз хоронили человек шесть, в том числе генерала и барыню. Заглянул в могилки -- ужасно: вода, и какая вода! Совершенно зеленая и... ну да уж что! Поминутно могильщик выкачивал черпаком...
